Зима

"Армянское" крещение

Встретил на одной из площадок такой наезд на Армянскую Церковь, и счел нужным дать свой ответ.

__________

EUGENE TRAPKO:

Cмотрел армянское крещение,они крестят обливанием,полного погружения у них не наблюдал.Их крещение от католиков не отличается.На сегодняшний день из всех древних церквей имеющих апостольское приемтство,полное погружение соблюдает только православная церковь,все другие обливают.

__________

Samuel McYan:

Скорее всего автор заявления является либо старообрядцем либо иным "православным" маргиналом, потому как в РПЦ всю жизнь крестили обливанием. Нет, не только обливанием, но обливанием тоже. В редком приходе РПЦ есть купель для взрослых, но только детские.


Я из многих десятков церквей РПЦ купель для взрослых видел только в одной, в виде маленького басейнчика во дворе. Поэтому, в подавляющем числе приходов РПЦ даже если бы хотели крестить взрослых погружением, не смогли бы.


Но, перейдем к ответу об "армянском" Крещении.

В Армянской Церкви крестят ни обливанием, ни погружением. Там крестят омовением. При этом омовение подразумевает и трехкратное погружение. Само Таинство Крещения (по-арм. Мкртутюн) переводится и означает Омовение. Это в сектах могут спорить про обливания или погружения, потому как сути действия не знают. Сектантов с толку сбило греческое слово βάπτισμα, которое имеет смысл не только омовения, но и погружения.

Откуда несчастным сектантам вспомнить или догадаться, что действо это идет не от греков, а от иудейских ритуальных омовений — твила (טבילה). Именно поэтому Иоанн Креститель по-еврейски именуется Йоhанан hаМатвил (יוחנן המטביל), т.е. Иоанн Омыватель.

И не нужно думать, что в греко-православии их Иоаннес hо Баптистес (Ιωάννης ὁ Βαπτιστής) — означает Иоанн Погружатель. Там он тоже Омыватель, тот самый который у русских стал Иваном Купалой, а не Нырялой. Русские когда-то тоже знали, что крестить — это купать.

Кстати, ритуальное омовение, т.е. твила, в иудаизме совершается, или по крайней мере должно совершаться по разным поводам, но всегда цель одна и та же — омытие нечистоты. Одним же из этих поводов для ритуального омовения является посвящение новообращенного в иудаизм.

Т.е., человек принимаемый иудаизм ритуально омывает свою прежнюю языческую нечистоту и уже чистым входит в Завет с Богом. В этом случае мы видим полную обрядовую аналогию с принятием в христианство через крещение.

Но в христианстве крещение, помимо омытия ритуальной нечистоты, наполнено и другими смыслами, о которых говорится в Писании.

Поэтому, все эти сектантские споры о погружениях и обливаниях при крещении яйца выеденного не стоят. Всякий обряд сам по себе лишь символическое действие, смыл которого в незримо совершаемом Таинстве. Никто не ждет, что в обряде ритуального омовения человек должен реально купаться, чтоб быть чистым.

Все делается упрощенно, а уж насколько упрощенно, дело многих факторов.

Обычно крещаемого в армянской церкви ребенка священник целиком опускает в купель три раза с крещальной формулой во имя Отца, Сына и Святого Духа, и его символически омывает. И погружая, и поливая, и, что важно, потирая части тела рукой, как при купании.


Другое дело, если приходит креститься взрослый. Такого в маленькую церковную купель не поместишь и погружения не совершишь. Поэтому, его наклоняют над купелью с руками, и поливая на голову и плечи воду троекратно, все равно совершают действия омовения, опять же по всем возможным частям тела — по спине, груди и даже ногам. Священник зачерпывает ладонью освященную в купели воду и омывает все части тела.

А "православные" из сект, если такие умные, пусть дальше просто погружаются, вместе с "протестантскими" сектантами. Как по мне, это просто погружение ничем не больше символизирует омовение, чем просто обливание. И то и это можно понимать как символическое омовение, но уж больно символическое.

Говорят, есть у римо-католиков крещение кроплением, но сам я такого у них не видел. Видел, как над вазочкой поливают немножко водички на лоб из чашечки. Если у римо-католиков все же есть крещение кроплением, то это уж чересчур символичное "омовение". Подобное "омовение" несомненно заслуживает критики и не одобрения. Но и при этом я не стал бы утверждать, что крещение не совершилось.

Зима

Огнеблагодатного Феофила купили на Московии за мешок золота и сундук соболей

Не пожалеет московский государь злата и мехов во славу и величие Московии. Но Феофилу бы не выпендриваться, а то это золото ему в прок не пойдет. А что если Варфоломей с Феодором сумасшедшего Иринея вновь признают Иерусалимским патриархом? Учитывая, сколько ключарья на России страдает за невиннообиженнага червемусороогнеблагадатного Иринея, то велика вероятность, что Гундяева тапками погонят из нанопыльной квартиры.




Сегодня он все же служил - на московских условиях.
На Великом входе (не)поминал вселенских патриархов Кирилл. Феофил же, выступив во втрой роли, с запинками послушно произнес аналог - "всех православных епископов и блаженнейшего Кирилла".

см. 1 час 3 мин
https://tv-soyuz.ru/peredachi/bozhestvennaya-liturgiya-v-hrame-hrista-spasitelya-g-moskva-21-noyabrya-2019-g

На "Господи, спаси блачестивыя" опять никаких патриархов не поминали.

О дроблении мощей

из Игнатия Лапкина:

"Вопрос: Все жития пропитаны поклонением мощам, когда дробят останки, разносят их по миру, закладывают в кресты, в основания зданий, в перстни. Сами-то эти раздробляемые после их смерти люди хотели ли этого, давал ли на это свое согласие, завещание, благословение?

Ответ: Никогда и ни один. Напротив того, наказывали, умолял, заклинали, чтобы даже частичку, даже волосинку не брали бы от их тел. Но это для поврежденных умом ничего не значит. Язычество и шаманство выпирает и заслоняет здравый смысл. Щиплют, пилят, режут, разносят и развозят по миру мощи, мощевики, закладывают их в иконы, хранят дома, в храмах, в антиминсах. С этим, похоже, ничего не поделать, и от этого может избавить только Бибиля. Когда люди будут знать Священное Писание и любить Бога, тогда надобность в этих оберегах отпадет и будет истинное покаяние за противление Богу в продолжении уже двух тысяч лет твоярящегося над телами умерших издевательства и глумления.

Евстратий –13 дек. «Когда хартия была принесена, он написал завещание, в коем высказал желание, чтобы тело его было перенесено в Араврак и чтобы никто не дерзал брать что-либо от его останков, но чтобы всё тело в целости было положено на месте, называемом Аналикозора, вместе с святыми Авксентием, Орестом, Мардарием и Евгением, ибо святые сии заклинали Евстратия, чтобы после их кончины тела их были в нетронутом виде положены вместе с его телом».

Антоний Вел. – 17 янв. «Сами похороните меня, дети мои, в земле и исполните следующую заповедь своего старца: пусть никто, кроме вас, не знает могилы, где будет похоронено мое тело, которое, по вере моей в Господа, восстанет нетленным при общем воскресении мертвых».

Кирилл – 11 мая. «Перед тем, как опускать гроб, епископы сказали: «Откроем раку и посмотрим: не взято ли что-либо от святых мощей?» Но как ни старались, они не могли, по усмотрению Божию, открыть раку, и тогда святые мощи опустили по правую сторону алтаря в церкви святого Климента».

Симеон Столп – 1 сент. Когда же возложены были честные мощи святого Симеона на приготовленные носилки, патриарх простер руку, желая взять на благословенную память немного волос от брады святого, и тотчас высохла рука его».


Феодосий печерск. – 3 мая. «Затем, молю вас и заклинаю, — похороните меня в той одежде, в которой я нахожусь теперь, и положите тело мое в ту пещеру, где я пребывал Великим постом; ни в каком случае не омывайте моего убогого тела. Пусть никто из мирских людей не видит моего погребения; вы одни, иноки, положите меня в указанном мною месте».

Перенесение мощей Феодосия Печерского – 14 авг. «Нам, братия, следует постоянно иметь пред очами честную раку отца нашего, принося ему всегда достойное поклонение. Неудобно ему пребывать вне монастыря и церкви своей, ибо он положил ей основание и соединили монашествующих.

… Я в тот же день приготовил орудия для копания. Был вторник; глубоким вечером я взял с собою двух братьев, мужей чудной жизни, – более же никто не знал. Когда пришли в пещеру, то, сотворив молитву с поклонением, приступили, не медля, с пением псаломских песен, к делу. Копать начал я; после продолжительного труда, я вручил заступ другому брату. Так копали до полуночи и не могли обрести мощей святого. Тогда мы начали скорбеть и плакать: сначала думали, что святой не благоволит нам явить себя; эту мысль сменила другая, – не копаем ли мы в другой стороне? И вот я снова взяв орудие, начал копать еще прилежнее…. Игумен пришел с двумя братьями; я же прокопал еще более. И, наклонившись, мы увидели мощи, лежащие святолепно: все составы были целы, и их не коснулось тление; лицо светло, очи сомкнуты, уста соединены, власы же присохли к главе. Возложив на одр честные мощи, мы вынесли их пред пещеру».

Косма Скопец – 3 авг. «Косма, скопец из лавры Фаранской, это был строгий постник, ревнитель веры, твердый хранитель догматов церковных, отлично знающий Святое Писание… с того самого времени, как вы похоронили его, я слышу каждую ночь, как он говорит епископу: «Не прикасайся ко мне и не приближайся, еретик, ты враг святой кафолической церкви».

Выслушав это, я пошел к патриарху и передал ему свой разговор с нищим; вместе с тем я просил патриарха взять тело старца и положить в другом месте. Но святейший патриарх сказал на это:

«Верь мне, сын мой, что ничего вредного не может причинить еретик святому Косме: всё рассказанное тобою произошло затем, чтобы от нас не была скрыта ревность по вере и добродетель старца и – чтобы обнаружилось нечестие епископа, и он не почитался бы как православный».

Харитон – 28 сент. Братия спросили его: «Какое распоряжение, отец, сделаешь ты о теле своем? Где погребем тебя?»

Он сказал:

«Отдайте землю земле, где хотите: «Господня – земля и что наполняет ее» (Пс.23:1).

Они же говорили: «Нет, отец; ты устроил три обители и собрал три стада; каждое из них хотело бы иметь у себя твои мощи; посему, чтобы не было между нами распри, завещай ныне же, где нам положить твои мощи».

Исполняя желание их, он соизволил на то, чтобы его похоронили в первом его монастыре, где он был взят разбойниками и чудесно, благодатиею Божиею, от них избавлен. Иноки всех трех обителей, взявши его, привели в ту обитель. Здесь он, дав много наставлений братии о совершенном иноческом житии и преподав им мир, возлег на одре и предал в руки Господа святую свою душу, не испытав никакой телесной болезни».

Никита – 15 сент. «В своем послании он просил граждан Аназарвы дать некоторую часть мощей святых мучеников для вновь выстроенного храма. Тогда граждане Аназарвы просили Авксентия, чтобы он взамен дал им некоторую часть мощей святого Никиты на благословение их городу. Желая исполнить их просьбу, епископ приказал открыть гроб святого мученика Никиты. И вот, без всякой видимой причины, мраморный камень, бывший на гробе святого, распался на две половины. Один из присутствовавших здесь дерзновенно коснулся своей рукой святых мощей, но тотчас же рука его высохла, а на него самого напал ужас. В то же время раздался с неба сильный удар грома и блеснула яркая молния; все пришли в страх. Тогда епископ понял, что Бог не благословляет раздроблять мощи святого, и раскаялся в своем намерении…. Не осмеливаясь уже более касаться мощей угодника Божия, епископ, совершив над ними благоговейное пение, снова с честью закрыл его гробницу».

http://www.kistine1.narod.ru/Vopros/Bogoslugenie/1991.html
В житии святого Димитрия Солунского описываются эпизоды, когда он запрещал отделять части от его мощей. Так иллирийский вельможа по имени Леонтий решил забрать из Солуни часть мощей святого, чтобы в своем городе построить церковь в честь святого Димитрия. Но святой, явившись ему, запретил отделять часть его мощей. Тогда Леонтий взял только плащаницу, обагренную кровью святого Димитрия. Также византийский император Юстиниан I решил иметь часть мощей святого в построенном им храме Святой Софии в Константинополе. Когда посланные приблизились к ковчегу с мощами святого Димитрия, то из него вырвался столб пламени и из огня послышался голос, запрещавший забирать мощи. Тогда посланные взяли только немного земли с этого места.
Несмотря на запрет расчленения, настойчивость почитателей Димитрия, желавших каждый иметь у себя кусочек мощей, в конце концов привела к тому, что сегодня тело великомученика пребывает в раздробленном состоянии по всему миру. История посмертных взаимоотношений Димитрия со своими поклонниками закончилась парадоксом, совершая у кусочков мощей Димитрия Солунского богослужение: «святыя мощи твоя неприкосновенны имеяй», «касатися им дерзающия, яко молния опаляяй», прихожане и духовенство "сами себя высекают", когда поют о «согрешающих святотатцах.


Его же:
"Ущипнуть без разрешения владельца от его тела и думать, что в прикосновении через стекло к этой частичке в поклоняющегся вольется нечто полезное и он будет благословен в своем утробном существовании, в своей языческой сущности и безверии"
("Открытым оком". т.11, Барнаул, 2005, с. 341).

Если бы Божия Матерь не была восхищена на небо, то Ее тоже на части расчленили бы? Ну как в этом году "медики с помощью современного оборудования подняли левое ребро святого Николая"?


***

Оперативная информация на Николая Мирликийского тут:
http://nikola2017.ru/category/operativnaya-informaciya/

история его мощей тут
https://azbyka.ru/days/p-istoriya-moshchey-svyatitelya-nikolaya-mirlikiyskogo
Зима

"Недвижимая" лестница

Все, кто когда-либо искал информацию о т.н. "благодатном огне", слышал много разных баек сопровождающих миф о том самом огне. Обычно эти байки связаны с храмом Воскресения Христова, где проходит пасхальная церемония Святого Света. Предметом одной из таких баек является т.н. "недвижимая" лестница на карнизе под окном второго этажа, как раз над входом в храм.

Предлагаю вашему вниманию сюжет об этой лестнице от архимандрита Гевонда, настоятеля монастыря Святых Архангелов Иерусалимского патриархата Армянской Апостольской Церкви. Подписывайтесь на его канал, кто еще не подписан. Отец Гевонд регулярно делает ролики, в которых показывает Святые места, в том числе и храм Воскресения, в его недоступных для обычных паломников и туристов уголках.

Зима

Ориген - отец не только подобосущничества, но и несторианства



Christopher A. Beely, «The Unity of Christ. Continuity and Conflict in Patristic Tradition»




Книга профессора богословия из Йельского Университета Кристофера Били «Единство Христа» (Christopher A. Beely, The Unity of Christ. Continuity andConflict in Patristic Tradition) представляет собой вышедшее в 2012-м году исследование развития христологической мысли в патристике. Можно согласиться с теми специалистами, которые посчитали данный труд важным вкладом в патристические исследования, по-новому освещающим один из ключевых периодов формирования христианской догматики. Автор рассматривает довольно значительный временной интервал, от Оригена до Иоанна Дамаскина, прослеживая возникновение новых подходов, распутывая довольно сложные узлы христологической полемики и стремясь выделить ключевые проблемы. В ходе ознакомления с книгой читателю придётся узнать, что многие известные ему стереотипные оценки или представления о ходе христологических дискуссий «золотого века» являются либо искажающими ход событий, либо чрезмерно упрощёнными.


Collapse )


Я

Операция по выселению христиан из Крыма

3_3

Кроме всего сказанного, на долю Суворова досталось еще одно очень трудное дело — исполнение операции по выселению христиан из Крыма. Обладание Крымом в эту пору еще далеко не представлялось за Россией обеспеченным. Надо было и сделать новые ходы, чтобы приблизиться к цели, и извлечь из Крыма что можно на случай неудачи. То и другое достигалось переселением из Крыма находившихся там христиан, преимущественно греческой и армянской национальностей. В их руках находились промышленность, садоводство и земледелие горной полосы, что составляло знатную долю доходных статей хана. А хан был человек ненадежный по своему замечательному непостоянству; обеспеченный в своих средствах, он мог изменить интересам России. Следовало поставить его в положение заискивающего и получающего милости. С другой стороны — представлялась выгода заселения приазовского края многочисленною колониею трудолюбивых, промышленных людей. Выгода достигалась во всяком случае, а в пользу исполнимости переселения говорило то обстоятельство, что крымские христиане были обременены до последней степени ханскими поборами, следовательно предоставление им на новом месте облегчения от налогов должно было их склонить в пользу задуманной Русским правительством меры. Таким образом дело это было решено, и исполнение его возложено на Суворова.
Суворов вошел в сношение с греческим митрополитом; тот признал переселение возможным на известных условиях; требовалось переселенцам пособие в переезде и перевозке имущества и на новых местах разные льготы. Суворов представил Румянцеву свои подробные соображения по всей операции; между прочим нужны были 6,000 воловьих подвод, покупка у переселяемых неудобоперевозимой части их имущества, постройка для них домов на новых местах, защита христиан от ханского гнева, продовольствие их в пути на счет казны и многое другое. За словом скоро последовало и дело: в июле началось переселение.
Хан пришел в состояние, близкое к бешенству: подкапывался авторитет его власти, обнаруживалось полное её бессилие, отбирался от него важный источник дохода. Тщетно удостоверяли его, что он ничего не потеряет, что Русское правительство назначит ему равносильное вознаграждение. Факт был действительно очень резок; хан прервал сношения с Суворовым и резидентом, грубо отказывал последнему в аудиенции, выехал из Бахчисарая в лагерь. С советниками своими он решил — ходатайствовать в Петербурге об отмене переселения, а Суворова просить об отсрочке исполнения на 25 дней. Суворов отказал, так как многие христиане уже изготовились к выезду. Татары пытались сделать возмущение, отговаривали христиан от переселения, прибегали к побоям. Суворов принял свои меры, держал войска наготове, не допускал Татар до скопищ. У выходящих христиан он приказал снимать хлеб под квитанции; заготовил путевое довольствие; под переселенцев употребил в начале казенные обозы и офицерские повозки, в ожидании 6000 подвод от азовского губернатора. Видя, что ничего не помогает, хан отказался от управления делами, сеял между Татарами раздражение против Русских, распускал слухи, будто наши войска готовятся к избиению магометан и наконец вошел с Суворовым в переписку, полную колкостей, доходивших даже до оскорблений. Суворов не стерпел и дал Шагин-гирею отпор, но в форме приличной и нисколько не враждебной. Волей-неволей хан должен был подчиниться. Мы видели в одной из предшествовавших глав, как тяжела была Суворову обуза — вести дипломатические переговоры, изощряясь в софизмах и диалектических ухищрениях; выставлять лисий хвост, не показывая волчьих зубов. В Крыму тяжесть непривычной работы усугублялась еще тем, что приходилось иметь дело с правительством и народом не цивилизованным, а приемов надо было держаться европейских. До какой степени удручала Суворова эта задача, свидетельствует современная его переписка с Потемкиным и его секретарем. Следует заметить, что он был подчинен Румянцеву, а не Потемкину, значит писать к Потемкину ему не подобало. Но желание поддерживать связь с таким могущественным лицом, как Потемкин, перемогло, тем паче, что он опасался не угодить Румянцеву и считал нужным заранее себя выгородить. В июне и июле он пишет самому Потемкину об операции переселения, советует ею поторопиться и непременно кого следует вознаградить. Затем 4, 5 и 6 августа он бомбардирует письмами Потемкинского секретаря П. П. Турчанинова, с которым находился в добрых отношениях. Суворов говорит, что боится Румянцева за операцию с христианами; опасается, как бы тот не обнес его в Петербурге, хотя дело идет своим чередом, несмотря на споры, на затруднения с подводами, на недостаток денег, на то, что все его сотрудники переболели горячкой и он сам, Суворов, ныне ею захворал. Настаивая, чтобы христиан непременно вознаградить как следует, по справедливости, он говорит, что и влиятельных Татар надо дарить; «Казы-гирей ласкается; детина добрый, весельчак, никогда денег ни полушки; просил В долг 500 рублей, я обчелся, прислал 600, был очень рад... Деньги, деньги, деньги; сочтетесь после, убыток будет не велик; ой, голубчик, тяжко, денег нет; рад бы все мои деревни заложить, — некому». Несколько дней спустя Суворов опять пишет Турчанинову: «худо с большими людьми вишеньки есть; бомбардирование началось (вероятно замечания на операцию со стороны Румянцева), и с получения — я, жена, дочь в один день в публичной горячке» .
По мере развития переселенской операции, затруднения не уменьшались. В августе Суворов пишет Потемкину, что Румянцев недоволен им, Суворовым, за то, что духовные манифесты по переселению христиан обнародованы без присутствия магометан в мечетях; что одно время христиане отказались было переселяться, ибо таможенные откупщики перещупывают все перевозимое имущество, даже до икон; но откупщикам заплачено 5000 руб., дабы не щупали; что вообще всяческие угрозы множатся на подобие лая пса. В сентябре разыгрываются Турчанинову вариации на ту же тему; Суворов говорит, что находится в когтях ханского мщения; что в начале операции, по подговору Татар, с полдюжины христиан протестовали против переселения, и теперь, при конце дела, повторилось тоже самое со стороны полудюжины других семей. Румянцев недоволен, разжигаемый ханом, чрез последнего передает строгое запрещение насильственного вывода христиан, когда ни один казак с плетью ни за кем не гонялся. «Строгость сия постигла меня уже по выводе (почти всех) христиан; ну, а если В прежде, — сгиб бы Суворов за неуспех... От фельдмаршала глотаю я что дальне, то больше купоросные пилюли». Ко всем этим неприятностям присоединились и семейные: «я болен и жена 8-й месяц в постели; снова напала на нее жестокая горячешная лихорадка. Из двух зол принужден я избрать легчайшее; на сих первых днях едет она к Полтаве. Дочь же почти еще в горшей опасности. Если Бог даст благополучно, надо бы мне к жениным родинам (в ноябре) на краткий час приехать к ней». Да и миновала уже в Крыму пора кипучей деятельности; Суворов начал ощущать предвкусие будущего бездействия. «Дела мне здесь скоро не будет и нет; вывихрите (вырвите) меня в иной климат, дайте работу; или будет скучно, или будет тошно... К половине января дайте работу... свеженькую».
Самолюбивая, впечатлительная натура Суворова ставила начальству всякое лыко в строку, оттого ему казались такими горькими «купоросные пилюли» Румянцева. Дело вершилось сложное, шероховатостей и зацепок миновать было невозможно. Конечно, насилием называется не один только тот вид, когда за человеком гоняется казак с нагайкой; но ведь самое переселение было в основании своем насильственное, и без сомнения для переселяемых христиан имело значение большой «купоросной пилюли». Имеющую такой основный смысл операцию невозможно замаскировать подробностями исполнения, обманчивыми до обольщения друзей и недругов. Суворов был почти прав, выставляя отсутствие казаков с нагайками за аргумент в свое оправдание, тем паче, что он действительно поступал сдержано, политично и человеколюбиво. Румянцеву же, из его малороссийской деревни, откуда он направлял дело, не трудно было впасть в неумеренные требования. Впрочем легко быть может, что Суворов, вследствие своей мнительности увеличивал, сам того не подозревая, степень горечи Румянцевских пилюль.

Во второй половине сентября переселение окончилось. Выселено свыше 31000 душ; Греки большею частью поселены между реками Бердой и Калмиусом, по р. Соленой и по азовскому прибрежью; Армяне близ Ростова и вообще на Дону. Румянцев доносил Императрице, что «вывод христиан может почесться завоеванием знатной провинции». На перевозку и продовольствие истрачено всего 130000 рублей. Собственно продовольствие обошлось очень дешево, так как Суворов скупил у тех же христиан 50000 четвертей хлеба, который поступая на месте в магазины, обошелся вдвое дешевле поставляемого из России, отчего и составилось слишком 100000 рублей экономии. Распоряжения Суворова отличались замечательным благоразумием и расчетливостью; он так сказать вложил свою душу в это дело. Спустя больше полугода, когда дело было уже почти сдано в архив, Суворов все еще чувствовал на себе как бы гнет нравственной обязанности по отношению к переселенцам и писал к Потемкину: «крымские переселенцы претерпевают в нынешнем их положении многие недостатки; воззрите на них милостивым оком, так много пожертвовавших престолу; усладите их горькое воспоминание»


А. Петрушевский «Генералиссимус князь Суворов»